dr_barkar

            Когда я еще обучался в магистратуре философского факультета, я устроился на работу в страховую компанию. Никаких успехов в области страхования я не имел и вскоре полностью бросил эту затею, но тогда я впервые встретился с ситуацией, которую я бы назвал – «сакрализация профанного». Не секрет, что во многих фирмах создают свою мифологию, а иногда даже квазирелигию. Делать это не так сложно, особенно в России, где в отличие от той же Америки религиозность людей довольно слабая и ряд людей ощущают ситуацию духовного вакуума, которую необходимо чем-то заполнить.

В Америке на заре истории ее первых поселенцев  психология религиозных людей сводилась к тому, что люди видели необходимость в том, чтобы много трудиться, труд воспринимался как непосредственное служение Богу. Об этом неплохо описано в книге «Протестантская этика и дух капитализма» Макса Вебера. В постперестроечной России, где все еще была актуальна поговорка «Они делают вид, что платят, а мы делаем вид, что работаем» психология труда была несколько иной и серьезные западные фирмы стали внедрять свои технологии мотивации к труду. Многие российские бизнесмены попытались перенять западные примеры, но как это часто бывает не всегда грамотно, а зачастую и неумело. Но есть один важный аспект, который в контексте новых веяний прижился довольно неплохо, хотя и далеко не везде. Я говорю именно об этой «сакрализации профанного». Скажем по Юнгу – использование неких архетипических (условно религиозных) чувств, вкупе с созданием своей мифологии. Поскольку человек очень падок на мифы, то укрепить веру в новый миф не так уж и сложно, а во все более секулярном обществе желание вернуться в мифологические фантазии и совершить религиозные ритуалы крайне велико. Этот духовный вакуум всегда чем-то заполняется, руководители крупных коммерческих фирм пытаются построить мифическую веру в важность дела которому должны быть преданы все сотрудники, обязанные жертвовать своим личным временем на благо учреждения и создание стойкого корпоративного духа опять-таки же мифического единства. Я работал в страховой компании, но я знаю, что это наблюдается во многих фирмах, я наблюдал за сакрализацией того, что изначально не являлось сакральным – фирма, которую изначально все воспринимали не более как средство заработка денег. Идея фирмы о том, что она якобы несет благо людям, но и самое главное многочисленные ритуалы среди которых даже некое подобие исповеди, когда в темноте и при горящей свече предполагалось рассказывать о своих трудностях не только в делах фирмы, но и в личной жизни.

            Фирма берет на вооружение религиозную символику, так как в ней  видит силу. Если человек действительно верит в успех фирмы и в ее высокую цель, то он действительно способен на многое иногда в ущерб самому себе и даже своей семье. Хороший психолог должен понимать, что причины работоголизма далеко не всегда заключаются в простом заработке денег, иногда эти причины глубже и касаются они того, что работа способна встать на место религии, но, а история показывает, что любая фанатичная убежденность в идее способна сильно менять  человека. Проблема в том, что многие люди падкие на мифологию верят в то, что им предлагает фирма. При анализе же часто не сложно догадаться о том, что целый ряд фирм говорящие о своей благой миссии занимаются не более чем простым заработком денег, корпоративный дух перемежается с подставлением друг друга, а вся стройная система, которую пытается представить работодатель является не более чем мифологией. И особо плохо тем, кто в один этап поверил в этот миф, доверил, возможно, что-то свое сокровенное, а в итоге оказался фрустрированным. Это и есть то, что я называю сакрализацией профанного. Сакрализуется профанное для ситуативных целей, но подобного рода сакрализация внушаемая извне может касаться не только работы, сакрализуют политиков, партии, страны. Для человека главной опасностью тут является последующая фрустрация. Я задумываюсь, а может в том, чтобы не сакрализовывать профанное и есть смысл заповеди «не сотвори себе кумира»? Это предостережение от фрустрации и призыв жить своей жизнью, очень может быть, во всяком случае, вполне ее можно трактовать таким образом.

            Давно заметил, что многие психологи увлекаются восточными духовными практиками. Плохо ли это? Да, скорее это личное дело людей, я тоже с детских лет интересовался йогой, в подростковом возрасте пытался понять суть буддизма и даже бывал на буддийских богослужениях. Это мой личный опыт, который не прошел для меня даром. И все же смотря на «продвинутых» современных психологов я не понимаю такой неземной любви к дзэн-буддизму. Его суть они, зачастую, довольно смутно понимают и нагружают своими сомнительными смыслами.

Да, получая иной раз приглашения на гештальт-ретрит, я иногда испытываю смутные чувства, не понимая о чем идет речь – о  религиозной практике или о гештальт методе? Вообще психология очень быстро способна превратиться в религиозный культ, отсюда и возникающая сакрализация, и ритуализация обучения в отдельных школах. На деле же часто происходит путаница в мозгах людей, пытающихся совместить европейское мышление с восточными практиками. Оно, конечно, может и не мешает в отдельных случаях, но иногда получается совершенно сомнительный микс. Думается, что увлечение Востоком в среде психологов следствие слабого знания европейских философских традиций, впрочем, и восточные религиозные традиции они знают обычно очень поверхностно. Опять таки же, я не против увлечения Востоком как таковым, а против мифологизации Востока, которая происходит в отсутствии знаний о европейской традиции.

Читал учебник П.С. Гуревича по философии для студентов психологических факультетов. Учебник мне не очень понравился, вообще сомневаюсь в задачах писать учебники по дисциплине разделяя ее на профильные контингенты. Однако Павел Семенович Гуревич, позиционирующий себя как психоаналитика (что для меня не очевидно) относит экзистенциальную психологию к психоанализу, применяя термин экзистенциальный психоанализ и тем самым, пытается втиснуть его в психоаналитическую традицию. Полагаю, что в нынешнее время такая формулировка, мягко говоря, устарела. Экзистенциальная психология-психотерапия далеко ушла от классического психоанализа, а точнее она поставила под сомнение ряд его базовых идей. Если говорить о том, что лидеры экзистенциальных направлений получали классическое психоаналитическое образование, то это не повод относить их к психоанализу, очень-очень они далеко от него ушли. И вообще, кажется, что в некоторых кругах быть психоаналитиком модно, люди держаться за это слово как за магическое заклинание.

Недавно случайно напал на блог психиатров, которые расписывают болезни своих пациентов как некие байки для развлечения интернет-публики, кстати, иногда они даже вписывают имена пациентов, хорошо хоть без фамилий. Уровень цинизма у людей крайне высокий, они даже не стесняются писать, как издеваются над своими пациентами.  Имя блога давать не буду, дабы не делать лишнюю рекламу, но подобные тенденции крайне опасны. В своих опусах они явно нарушают закон о врачебной тайне, этические нормы людей оказывающих помощь психически нездоровым людям и в конце концов статью 9 закона «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании». Информацию я передал в комиссию по правам человека в сфере психического здоровья. Человек я не злобный, но дело тут касается здоровья людей и недвижимых этических принципов, надеюсь, что этим психиатрам придется отвечать за свои перлы и издевательства над людьми.

Всегда любил британскую классическую литературу, а сегодня пересмотрел на английском сериал BBC «Оливер Твист». При его переводе на русский язык пропадает вся тонкость этого фильма. Красивый королевский английский у положительных героев и дворовый британский, типа кокни диалекта у бандитов из шайки Фагина. Понимаю, что еще не раз пересмотрю этот отличный фильм. Старые улицы, устаревшие английские слова и прекрасное содержание.

Дочитал книгу Ирвина Ялома «Лжец на кушетке». Когда впервые ее взял, то сразу и не понял художественная она или нет. Оказалось художественным произведением, но со смыслом довольно очевидным и нескрываемым автором. Мне нравится стиль Ялома, не скучно, хотелось быстрее книгу дочитать до конца, но когда ее дочитал, то не в первый раз поймал себя на мысли о том, что в его книгах есть некая незавершенность и недосказанность. В уста своих героев он вкладывает свои мысли о взгляде на психотерапию и на то, какой она должна быть. Эта книга в чем-то даже жестока к психоанализу, который выставлен в некотором тупиковом виде по отношению к себе самому, но зато четко прослеживаются главные мысли И. Ялома – индивидуальная терапия для каждого пациента и феноменологическая спонтанность во время терапии. Итог книги – закостенелый психоанализ серьезно уступает спонтанной психотерапии.

         Краткое содержание – женщина сознательно хочет подставить психотерапевта, желая обвинить его в нарушении этики, она лукавит на сеансах и говорит много не правды, но поскольку психотерапевт уникален, то, несмотря на свою ложь, она обретает исцеление и в итоге пытается признаться психотерапевту в своем первоначальном замысле.

         Есть серьезный контраст между опытным психоаналитиком и молодым психотерапевтом, где последний выглядит в явно лучшем свете и в конечном итоге опосредованно помогает своему бывшему учителю психоаналитику.

         Перевод книги или редакторская работа слаба, есть ошибки, но общий смысл, конечно, остается.

По словам декана факультета психологии МГУ Зинченко Ю.П. в ближайшие два года в России может официально появиться процедура лицензирования психологов.

С одной стороны я очень рад, ибо нынешняя ситуация удручает, есть ряд людей, которые называя себя психологами занимаются не ясно чем. Не говоря о том, что психологов уже давно готовят в технических ВУЗах, может при серьезном подходе студента это и неплохо, но лишь тогда, когда человек продолжает совершенствоваться в дальнейшем. Но ведь есть и те, кто окончив 9 месяцев курсов переподготовки технического университета идет консультировать клиентов,  лично у меня это вызывает серьезную тревогу. Вообще когда я впервые узнал, что у психологов в России нет специальных лицензий, то сильно удивился и не понял как такое вообще возможно. Поэтому лицензирование и поощрение дополнительного образования можно только приветствовать.

Правда, теперь меня беспокоят методы, как все это будет происходить? Вопрос принципиален, какие будут критерии лицензирования? Не случиться ли опять так, что приоритетными вновь окажутся гос. вузы, многие из которых как раз занимаются очень поверхностной и скорее теоретической подготовкой. Не станет ли это неким формализмом, когда кого-то будут направлять куда-то доучиваться и заставлять консультироваться у сомнительных супервизоров? Не будет ли это новым полем для коррупции? Пока это только вопросы, которые у меня возникли сразу. А ведь по своей сути я эту идею полностью одобряю, но очень переживаю за методы возможной реализации этого проекта, которые могут оказаться не самыми лучшими.

Можно по-разному относиться к деятельности организации саентологов, но их антинаркотические кампании, безусловно, являются одними из самых сильных. Достаточно хотя бы посмотреть их антинаркотические ролики, высокое качество, высокий профессионализм. Осталось их внедрить на нашем ТВ. Среди роликов не только призывы не употреблять «тяжелые» и «легкие» наркотики, но и предостережение против риталина, прописываемого в США и Израиле детям при диагнозе СДВГ.

Не так давно дочитал книжку Джеймса Бьюдженталя «Наука быть живым». Смутные чувства – двойное удовольствие, вроде книга психологическая, но прочитывается как художественная литература. Психотерапевтические истории, где показана вся трудность работы экзистенциального психотерапевта. Удивило, что Бьюдженталь годами консультировал своих клиентов, сразу вспомнился Ирвин Ялом, который в «Даре Психотерапии» критиковал страховые компании за то, что они настаивают на краткосрочном консультировании. Удивила откровенность Бьюдженталя, особенно в 5 главе, где идет рассказ о Луизе, откровенно и честно он признается в своих чувствах на страницах книги. Аутентичность, возможность быть живым, действительно это не так просто как кажется, но стать самим собой без ложных масок это так прекрасно. Понял, что тоже хочу стать более живым и более откровенным. Пускай за что-то другие осудят, но это и есть жизнь, ведь лучше честно смотреть всему в глаза, чем ставить пелену перед собой находясь в кажущемся безопасном пространстве. На деле же боязнь быть собой приносит лишь проблемы, не простая все-таки эта наука – наука быть живым…